Восточный Лангедок


Лангедок (Languedoc) — это распахнутый настежь черный ход Франции, ее связь с остальным миром. До сих пор идут споры о том, где проходит восточная граница между долиной Роны и Лангедоком. Одним из оснований для этого служит тот факт, что самый восточный апелласьон Лангедока Costieres de Nimes настолько резко повысил качество своих вин из Syrah и Grenache, что многие из них обнаруживают заметное сходство с блестящими сочными версиями Cotes du Rhone.

Сегодня это, к счастью, типично для всего региона Лангедок-Руссильон (Languedoc-Roussillon). До 1994 г. в «Атласе» все 190-километровое пространство средиземноморского побережья и его внутренние районы умещались на одной карте. Еще совсем недавно ситуация на юге Франции, где производят треть всего французского вина, была достаточно унылой из-за недостатка субсидий и перепроизводства преимущественно красных ординарных вин, а вместе с ними и крепких, сладких vim donxnaturels, не пользовавшихся спросом за пределами страны. Виноградники на склонах холмов были уничтожены филлоксерой. Лоза, растущая на сухих равнинах департамента Herault, на всем пространстве от Narbonne до Montpellier безжалостно эксплуатировалась: весь урожай шел на производство красного вина, настолько легкого и бледного, что оно годилось только для купажа с алжирскими винами. Регион пребывал в состоянии постоянного кризиса перепроизводства. Но к концу 1990-х гг. ситуация изменилась, и Лангедок-Руссильон утвердился на позициях одного из самых успешных винодельческих регионов Франции, поставляющего на рынок самобытные вина.

Лангедок-Руссильон продолжает оставаться самым большим винодельч ским регионом в мире, где лоза занимает более 298000 га. В Bordeaux общая площадь виноградников — 115000 га. Тридцатитысячная армия виноградарей региона предпочитает сбывать выращенный урожай 357 кооперативам. Те, в свою очередь, объединяются в более крупные структурные единицы. В качестве примера можно назвать Val d’Orbieu, одну из самых больших винодельческих компаний. Две трети вина в регионе делают как на оборудованных по последнему слову техники винзаводах, так и в домашних винодельнях. Кооперативные вина также неоднородны: от достойных до посредственных.

Наибольших успехов добиваются, как правило, независимые энтузиасты-фанатики, виноделы в первом поколении, которые в другие времена, может быть, выбрали бы менее экстравагантный род занятий. Для них типично бережное отношение к историческим традициям: по примеру римлян они разводят виноградники на склонах холмов с бедными почвами, где ничего, кроме винограда, не растет.

Апелласьоны Coteaux du Languedoc вместе с субапелласьонами (см. названия вокруг Montpellier, набранные красным шрифтом) занимают большую часть наиболее благоприятных для высококачественного виноделия участков. St-Chinian и Faugeres, которые уже достаточно оперились, чтобы выйти из-под крыла Coteaux du Languedoc, и создать собственные апелласьоны, — пример довольно типичный для Лангедока. Большая часть их виноградников (в частности, участок кооператива Berlou) занимает лучшие земли на высоте более 200 м в живописном предгорье Cevennes (см. фото на с. 140). Выращенный на сланцах виноград может давать очень резкие, даже едкие вина, тогда как ниже по склону, где почвы вокруг деревни St-Chinian содержат много красной глины и известняка, они получаются более мягкими и приятными.

Лоза, выращенная на уступах скалы Pic St-Loup к северу от Montpellier такими производителями, как Chateau de Cazeneuve, Pomaine de 1’Hortus, Chateau de Lancyre и Chateau de Lascaux, дает вина, настолько насыщенные ароматами трав, что можно ожидать появления еще одного независимого от Coteaux du Languedoc апелласьона. Но виноградник Montpeyroux к северу от Clermont 1’Herault расположен еще выше и также требует особого к себе отношения. Домены l’Aigueliere, d’Aupilhac и Font Caude, как и их коллеги в Pic...

St-Loup, могли бы найти себе место в пределах одного из немногочисленных апелласьонов Лангедока, но oни явно не торопятся связывать себя такими обязательствами.

Лангедок не зря называют «французским Новым Светом». Его виноделы всегда казались анархистами по сравнению со своими законопослушными коллегами поближе к Парижу и Брюсселю. Им явно тесна смирительная рубашка регламентации АС.

Большинство производителей выпускают в широком ассортименте и вина категории Vin de Pays. Многие из тех, кто работает вне системы официальной классификации (хотя и не только они), вообще не производят ничего кроме Vin de Pays, будь то вина с местными географическими названиями или Vin de Pays d’Oc, получившие признание на международном уровне вместе с правом указывать на этикетках сорт винограда. Стабильно жаркое лето обеспечивает вызревание широкой гаммы сортов, и здесь французское предубеждение против tins de cepage, сепажных вин, которые у англосаксов принято называть «сортовыми», проявляет себя в гораздо меньшей степени.

Восточный Лангедок

Примерно 80% продукции Лангедока составляют красные вина на основе либо средиземноморских сортов винограда, таких как Mourvedre, Grenache, Syrah или Cinsault с добавлением во все меньших пропорциях грубого Carignan (который традиционно смиряют с помощью углекислотой мацерации), либо популярных Merlot и, в меньшей степени, Cabernet Sauvignon. Технология производства белых вин постоянно усложняется, но, тем не менее, и это подтверждается изобилием недорогих Chardonnay и множеством разнообразных смесей из таких сортов, как Viognier, Marsanne, Roussanne и Rolle (Vermentino). Дуб вызывает гораздо больше интереса и эмоций у производителей вина, чем у его потребителей — даже черные сорта винограда способны с такой полнотой обнаруживать свое органическое происхождение в букете минеральных запахов, что дуб их только подавляет.

Clairette du Languedoc и Picpoul de Pinet — белые вина, подпадающие под классификацию АС. Первое иногда бывает невыносимо вялым, несмотря на то что кооператив в Adissan и вернулся к его сладкой версии, известной, вероятно, еще римлянам. Второе, что достаточно необычно для Франции, представляет собой сортовое вино АС, сделанное на основе пикантного винограда Picpoul с лимонным запахом. Эти вина в той же мере представляют традицию Лангедока, что и сладкие золотистые г ins dowc naturels на основе Muscat. Самый известный представитель этой категорщынр — Muscat de Frontignan. Muscat de Mireval и Muscat, de Lunel, производимые к югу от Ntmes, редко демонстрируют живость Frontignan и не могут похвастаться неповторимой индивидуальностью Muscat de St-Jean de Minervois, сделанного из Muscat с виноградников в предгорьях CeVennes между St-Chinian и Sete, стоящий на берегу Средиземного моря и отделенный от Frontignan дюнами, еще при римлянах был портом, где велась оптовая торговля вином. Beziers стал синонимом gros rouge. Эти два города и сейчас окружены крупными поместьями, этими шато юга, но теперь, когда сепажные вина нашли свое место на рынке, их универсальные сельскохозяйственные постройки заполнены бродильными чанами из нержавеющей стали.

Лангедок доказал, что он может производить серьезные вина, удачно используя особенности terroir юга Франции, и вести честную игру на поле, где господствует ужасающая уравниловка, а виноделы Нового Света чувствуют себя как рыба в воде.

Восточный Лангедок

Лучшие вина восточного Лангедока спускаются к нам с холмов, но место их рождения не всегда отмечено статусом Appellation Controlee. Первым добилось признания вино Mas de Daumas Gassac. Несколько позже, но тоже в окрестностях Aniane у подножья Cevennes, взошла звезда Domaine de la Grange des Peres.


1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезды (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...
Восточный Лангедок